Правнучка фарфорового короля вступает в свои права

На Будянский фаянсовый завод приехала новая хозяйка. Так себя называет Оксана Седых, внучатая племянница Матвея Кузнецова. Пять лет она собирала документы и ходила по судам, чтобы доказать: завод – ее собственность. Мол, ни советской власти, ни украинскому государству, ни частным владельцам он никогда законно не принадлежал.

Оксана Седых, родственница Матвея Кузнецова: «Поначалу пришлось собрать, что завод не был национализирован, о чем имеется документ из архива. Во-вторых, все документы, которые были сфальсифицированы о купле-продаже арендного предприятия. Так, я собирала документы о том, что являюсь, тем человеком, за которого себя выдаю. То, что я являюсь внучатой племянницей Матвея Сидоровича Кузнецова».

Известное на весь мир своей посудой производство сегодня разбирают на металлолом. Четыре года назад предприятие стало банкротом. Сегодня, говорят местные, за этим забором мало, что сохранилось.

Виктор Бондаренко, бывший сотрудник завода: «Все на свете. Столярная мастерская была огромная – все вывезли. Автопарк был, все продали: машины были, трактора - все распродали».

Галина Скорбенко, бывшая сотрудница завода: «Робив прі нємцах! І батько мій робив на заводі, і мамка робила, і бабушка, і тетка, всі робили! Завод цілий був, а наші – он, бачите – що наробили!»


Тут работали поколениями. Завод был кормильцем всего села. Даже в голодные девяностые здешним жилось неплохо. А потом, люди хорошо помнят, как из коллективного предприятие стало закрытым акционерным, а после очень быстро - банкротом.

Виктор Бондаренко, бывший сотрудник завода: «А приказ был какой. Начальник цеха приходит. Начальник цеха хочет остаться на своем рабочем месте. И говорит рабочему классу: не отдашь акции – завтра за ворота… И много у нас акций есть по Будам, много по Будам, они полностью не скупили их. Но пятьдесят один, больший процент они скупили акции».

Получив документы в нотариальной конторе – об открытии дела о наследстве, Оксана Седых заявляет о правах. Но на территорию предприятия ее не пускают. При первой встрече с сотрудниками новая хозяйка эмоций не сдерживает.

Оксана Седых, родственница Матвея Кузнецова: «Я вчера приняла наследство официально. (Обращаясь к охранникам) - Еще если что-то вывезется, вы будете отвечать! Я вам обещаю! В Киеве все доложится!»
– Вы в Москву еще доложите!

Оксана Седых показывает документы: не то, что в частные руки, даже в государственную собственность производство ее деда попало незаконно.

Оксана Седых (показывая документы Виктору Бондаренко):
- А теперь самый главный документ. Из архива. Где завод не был национализирован, а где он был сдат в аренду товариществом Кузнецова. И по 93 год он был в аренде. И он был арендным предприятием. При советском союзе это было арендное предприятие вот свидетельствует документ.
- Я ж говорю, чтоб вам Бог помог...
- Я уже прошла суды! Я вчера приняла наследство.
- А мы за вас все время разговариваем с супругой...

Что осталось на двенадцати гектарах земли - наследница так и не увидела. Зато познакомилась с руководством поселка. Он в большом недоумении, хотя и не против новой хозяйки.

Всеволод Биличенко, Будянский поселковый голова: «Весь поселок жил за счет Будянского фаянсового завода. Сейчас поселок у нас бедный несчастный… Это бомба – то, что она предоставила. Честно – я до сих пор не могу понять, каким образом это… могло произойти в таком протяжении времени – Советская власть не подготовила… это вопрос еще…знаете, здесь юристам еще работать и работать…»

Оксана Седых уже готовится к новой судебной тяжбе с частными владельцами и государством. Внучатую племянницу «фарфорового короля» Кузнецова юридические проволочки не пугают, она уже строит планы: найти инвесторов, возобновить производство, снова выпускать уникальную посуду.

Андрей Парамонов историк, эксперт по генеалогии: «Ну в последнее время такие люди появляются чаще, чем раньше. Реально эти люди не понимают даже ни масштаба работы, с которым придется столкнуться, ну и, в конце концов, что они дальше делать будут с таким массивом наследства, которое они возьмут».

Завещание известного предка, что в течение 25 лет после смерти завод нельзя передавать никому, даже государству; справки из архива о том, что национализации не было; решение Октябрьского суда Харькова, что женщина может претендовать на наследство. Юристов – такой набор документов и само дело – впечатляют.

Татьяна Вишневецкая, юрист: «Если действительно было такое завещание, и не была потом произведена национализация, то теоретически, конечно, можно говорить о том, что она может заявить какие-то права на это имущество».

Матвей Кузнецов – на момент смерти, сто лет назад - был владельцем восемнадцати предприятий в Российской империи. Родственница ни на что, кроме Будянского завода, пока не претендует.

Оксана Седых родственница Матвея Кузнецова: «Я ни больницы не забираю, ни детские сады. Я только завод!».

Якщо Ви виявили помилку у тексті — виділіть її курсором та натисніть "Ctrl + Enter". Дякуємо Вам за уважність та ввічливість.
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.