Харьковчанин Роман Левин несколько лет встречает рассвет 22 июня в Брестской крепости

Ровно 65 лет назад началась Великая Отечественная война. На рассвете 22 июня немцы напали на Советский Союз. Начиналось наступление с запада – одной из первых оборону держала Брестская крепость, это на границе Белоруссии с Польшей. Харьковчанин Роман Левин вот уже несколько лет подряд рассвет 22 июня встречает в Брестской крепости.

Этот рассвет для Романа Левина - целый ритуал: проснуться в 4 утра, как тогда, в 41-ом, прийти в Брестскую крепость. Когда всходит солнце, у него рождаются стихи. Рифмованных строк, датированных 22-м июня, у Левина несколько десятков. Пишет о том, что пережил 65 лет назад: о Брестском гетто, о людях, которые тогда помогли спастись, и обязательно – о маме. Еврейскому мальчику Роме, как выяснилось позже, единственному из 30-тысячного гетто удалось спастись. Сегодня Левин говорит: судьба.

Роман Левин: «Я спрятался, как я вам сказал, когда выводили всех из барака – юркнул под нары, когда всех вывели, мама даже не заметила, выходя мимо, где я лежал. Сказала: «Удастся бежать, беги к Тамаре. Не забывайте маму». Это последние слова, которые я услышал маминого голоса».

Романа Левина и в 76 лет называют «мальчиком из гетто». Когда он впервые рассказывал свою историю, не верил сам себе. Когда возвращается в Брест и видит место, где было гетто, могилы расстрелянных евреев, вспоминает все до мельчайших подробностей.

Татьяна Ходцева, ведущий научный сотрудник Брестского краеведческого музея: «Государственные лица, учреждения могли запрашивать к себе на работу очень дешевую рабочую силу – евреев. В числе тех, кто нам известен – была вот передо мной протокол – была Левина, которую вместе с детьми направили на работу в Петровичи».

В начале 90-х в центральном архиве Бреста нашли анкеты узников гетто. С фотографиями, датами рождениями и отпечатками пальцев.

Роман Левин: «Пришли в архив. Я говорю: «Вы нашли мамину? Или сестры? Или бабушки? Вы знаете, ваших нет. Я говорю: «Принесите коробочку, где на букву Л. Они там уже рассортировали, и я перебросил примерно 100 листочков, на которых фотографии, свидетели подтверждают. И закричал: «Мама!» И мамина фотография. И первое, что я сказал: «Ой, ты же была красивее и моложе».

В Брестском архиве этот крик «Мама!» вспоминают до сих пор. Позже, по анкетам, сотрудники хранилища нашли еще несколько документов семьи Левиных.

Алла Теребунь, директор гос. архива Брестской области: «Не разрешалось им свободно ходить по улицам. Для того, чтобы они могли передвигаться как-то по городу, ходить на работу, им были необходимы такие особые пропуска - зондераусвайсы. Где называлась фамилия, где он проживал на территории гетто и куда направлялся на работу».

Роман Левин сегодня живет в Германии - вместе с женой, дочерью и внучкой. Часто бывает в Харькове и обязательно раз в год в Белоруссии.

Роман Левин: «Я живу этими людьми. И, может, это... Между прочим, я и в стихах пишу: «Вечный город», что может быть, я еду туда, потому что в Бресте меня понимают больше, чем где-либо на этой земле. Может быть, именно вот это ощущение… более того, мне осталось жить уже недолго, я хочу, чтобы меня похоронили там, в лесу, где я должен был быть расстрелян в 1942 году, и я дочери говорю… но не будем! пока мы живы!..»

Якщо Ви виявили помилку у тексті — виділіть її курсором та натисніть "Ctrl + Enter". Дякуємо Вам за уважність та ввічливість.
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.