Аватар пользователя Анна Гин

Тамбовский волк тебе товарищ

Однажды (а если быть честными, пару дней назад) к нам на планёрку пришёл юрист, адвокат. Мы сами его позвали и больше часа пытали глупыми вопросами. Вся редакция. Наперебой. Не стесняясь правового невежества. Большинство вопросов начинались словами «а если вдруг милиция…». Стоит ли объяснять вдумчивому читателю, с чем связано столь необычное приглашение?

Сразу оговоримся, никакой паники в «МедиаПорте» нет, и журналисты не страдают манией преследования. Разве что шеф-редактор в минуты общего хохота любит повторять куда-то в потолок: «Они шутят, товарищ полковник, не обращайте на них внимания».

Мы — не преступники и быть ими не планируем. Просто мы, так же, как харьковчане любых других профессий, иногда перестаём улавливать грань между правонарушителем и правоохранителем. Слова похожи. Наверное.

Наш гость был лаконичен и откровенен. Мы подумали, несправедливо будет оставить эту беседу в рамках внутреннего пользования.

Простите, вопросы покажутся глупыми. Тут мало кто сталкивался с милицией в жизни.

Это хорошо.

Самая элементарная ситуация: я иду по улице, ко мне подходит «товарищ милиционер». Что он может сделать? Что не может? Как вести себя мне?

Если вы не нарушаете общественный порядок, не совершаете преступления, то работник милиции подходить к вам не должен. И не может. Работник милиции может подойти к вам в двух случаях: 1) оказать вам помощь. 2) пресечь правонарушение.

А паспорт посмотреть?

Для проверки документов у милиционера должны быть основания. Например, самое распространённое, но не всегда честное: «Мы разыскиваем преступника, вы на него похожи, предъявите документы». Никто никогда не пойдёт в райотдел проверять подлинность этой ориентировки. Проще документ милиционеру показать.

Это обязательно должен быть паспорт?

Нет, это может быть любой документ, удостоверяющий вашу личность. Удостоверение предприятия, удостоверение журналиста, водительские права. В этом документе должны быть ваша фамилия, имя, фотография и печать. И, да, желательно всегда носить его с собой.

Оговорка: удостоверения будет достаточно, если милиционер только хочет проверить документы. При составлении протокола об административном правонарушении необходим документ, в котором указано место регистрации (прописка).

А если просят предъявить документ, я должна его в руки отдать?

А вы попробуйте попросить предъявить удостоверение милиционера. Он в руки корочку никогда не даст, только покажет. И правильно сделает. Вы делайте так же. Предъявить вы обязаны, вручить — нет.

В каком случае милиционер может доставить меня в райотдел?

Для составления протокола об административном правонарушении. Кроме того, есть такая процедура, как «административное задержание». Его применяют, например, с целью «прекращения административного правонарушения, когда исчерпано другие меры влияния». В этих случаях допускается личный досмотр. И задержание, и досмотр должны оформляться протоколами. А правоохранители обязаны немедленно уведомить родственников задержанного. 

А на месте нельзя составить такой протокол?

Можно. Но тут закон немного размыт. То есть формально протокол об админнарушении можно составлять на месте, но есть норма: «Если невозможно составить на месте, его можно составить в ином месте». Иное место — это, как правило, райотдел. 

Что значит невозможно? Ручки и бумаги нет под рукой?

Протокол —  не чистый лист, это специальный бланк. В этом бланке написаны права человека. Форма протокола стандартна. «Невозможно» — интерпретация милиционера. Например, сейчас на улице холодно, минус десять. Милиционер считает невозможным на таком жгучем морозе составлять протокол. Или у вас с собой нет паспорта — и он не может на месте установить ваше место жительства. Повторяю, речь идёт только о ситуации, когда вас «поймали» за правонарушением и сообщили об этом устно, но внятно.

Хочу уточнить, имею ли я право не идти с милицией? Отказаться.

Имеете. Если речь не идет о составлении протокола об административном правонарушении или задержании по подозрению в совершении преступления, то можете отказаться идти. 

А по ориентировке мнимой могут повести в райотдел?

Не могут. Термин «задержание» начинается с момента ограничения вашей свободы. Вот вас милиционер под ручку взял и сказал: «Пройдёмте!». С этого момента вы считаетесь задержанным. То есть в отношении вас нужно составить протокол о задержании. С указанием причин. Обратиться к суду с просьбой определить вам меру пресечения. И так далее, целая процедура. И если вы никаких правонарушений не совершали, то, чтобы возиться с вами, нужны веские причины.

Хорошо, а если я совершаю якобы правонарушение. Если милиционеру кажется, что я его совершаю. Стою в сторонке, смотрю на митингующих, подходит милиционер и говорит: «Вы участник массовых беспорядков, пройдёмте». Что делать?

В этом случае речь идёт об уголовной ответственности. Вас имеют право задержать на 72 часа. При этом в течение 48-ми часов, они обязаны обратиться в суд с так называемым представлением об избрании меры пресечения. По сути, за 48 часов в милиции должны доказать, что у них есть основания вас подозревать. Если такие основания есть, то вам их должны предъявить в письменном виде. И отправить в суд сообщение о подозрении. В старом УПК это называлось «постановление о привлечении в качестве обвиняемого». В нём детально описано преступление, в котором вы подозреваетесь. 

Я должна там расписываться? Признавать или отрицать что-то?

Я вам советую не бояться и в любой бумаге писать красивым почерком: «Ничего не подпишу без своего адвоката». И подпись. Поперёк.

Вы сказали ничего не подписывать без адвоката, а в какой момент его нужно вызывать?

Первое, что я обычно советую своим клиентам, — как только видите милиционера и понимаете, что он идёт к вам, сразу звоните адвокату и сообщайте: «Меня принимают».

Пока телефон не отобрали? 

Если вы не задержаны на месте преступления (уголовного), когда наружный досмотр — это необходимость, то обыскивать вас, а тем более что-то отбирать, никто не имеет права.

Ну, мы же в Украине живём. Телефон отобрать могут и в автозак тащить могут..

Тогда кричите. Если видите, что милиция действует незаконно — поднимайте панику. Привлекайте внимание. Просите прохожих вызвать наряд по телефону 102. Кричите: «Я Вася Пупко, меня похищают неизвестные люди!».

А если милиция ломится в дом?

Не открывайте. Открыть дверь органам вы обязаны, только если вам предъявляют решение суда. Об обыске или об аресте, например. Звонят вам в дверь: «Откройте, милиция!». А вы им: «Постановление суда в глазок покажите! Не вижу. Позвоню адвокату, он приедет, проверит подлинность этой бумаги».

Так они ж ломать дверь станут?!

Пока найдут инструменты для ломания, адвокат успеет подъехать.

Кроме постановления суда, что ещё может быть основанием для того, чтобы милиция вошла в помещение? Квартиру или офис.

Если это помещение является местом, где совершено или совершается преступление.

А если они квартирой ошиблись?

Вызывайте 102. Говорите: «Неизвестные ломают дверь».  

А если не ломают, а вежливо просят открыть? Что говорить?

Не открою. Не хочу.

А они такие: «Мы вам хотим вручить вам повестку».

А вы им такие: «Оставьте её в почтовом ящике». Или: «Меня хочет видеть следователь? Дайте номер его телефона, пожалуйста, я позвоню, договорюсь на другое время». Вежливо.

А в качестве свидетеля могут только повесткой вызвать?

Могут и по телефону. Могут даже через ЖЭК. Но помните, что это именно вызов, не привод. То есть тащить вас как свидетеля никто никуда не имеет права. За исключением случаев, когда есть решение суда о приводе. Если к вам домой приезжают оперативные сотрудники и без такого решения приглашают проехать с ними в райотдел для дачи показаний, то можете совершенно спокойно не пускать их на порог.

Но не стоит драматизировать сразу. Всё зависит от ситуации. Если вы стали очевидцем уличной драки, то почему бы не рассказать спокойно об этом. Но если чувствуете, что «свидетель» — это формальный предлог и вызывают не просто так, то обязательно требуйте присутствия защитника на допросе.

Если всё-таки я оказался в райотделе. Какие у меня есть права? Позвонить я могу, например?

Если вы оказались в райотделе для составления протокола об административном правонарушении (самая распространённая причина там оказаться) — у вас нет никаких ограничений в свободе. Звоните сколько хотите.

В райотделе могут быть ограничения только у тех лиц, кто официально арестован судом или прибыл в райотдел для проведения следственных действий.

А кому в первую очередь нужно позвонить?

Адвокату, конечно. Хорошо бы иметь договор с адвокатом. У адвоката должна быть копия этого договора с вашей подписью. Это доказывает, что вы — его клиент. Потому что часто на практике бывает так: клиент меня вызвал, я приехал, а мне на входе говорят: «Гражданин отказался от адвоката». Если у меня нет договора с вашей подписью, я могу к вам не попасть. 

А если нет адвоката?

Плохо. Не пытайтесь разговаривать самостоятельно с правоохранителями. Вы не поймёте их язык, запутаетесь. Пусть это делают профессионалы.

В любом случае — ничего не говорите. Давать показания — это ваше право, а не обязанность. В любой бумажке, которую вам дают заполнить, вы можете смело писать одну фразу: «Хочу, чтобы меня допрашивали в присутствии адвоката такого-то». Обязательно называть фамилию, потому что в противном случае дадут своего адвоката, «ручного». Который, скорее всего, раньше работал в этом же здании.

Как выбрать адвоката?

Лучше знать человека лично. Или хотя бы получить рекомендации близких людей, которые пользовались услугами этого защитника. Конечно, важен опыт работы.

Сколько стоят услуги адвоката?

Фиксированной стоимости не существует. Каждый адвокат сам назначает себе цену. Определённая категория дел имеет определённую стоимость. Может быть предусмотрена оплата Договора о предоставлении правовой помощи. Как страховка. Но чаще всего это почасовая оплата услуг защитника. Есть вариант — оплата по факту выполненной работы, целиком.  

Назовите хотя бы порядок цифр.

Ориентировочно по Харькову — почасовая оплата, где-то от 250 до 1000 гривень колеблется. В Киеве я знаю фирму, которая берёт до 300 долларов за час работы. Свобода стоит дорого.

А как насчёт схемы «защитник и обвинитель работают в связке»? Это же удобно: одни «метут» — другие освобождают.

Вы спрашиваете, может ли быть такое? Может. Если адвокат раньше работал в милиции, в следственных органах, то вероятность таких договорённостей довольно высока. Так что отнеситесь к выбору внимательно.

И главное, что вы должны знать. Единственное основание для пересмотра украинского дела в европейском суде — нарушение права на защиту. Никаких других оснований нет.

На вопросы отвечал Виктор Ермолаев — юрист, адвокат.

Картинки: Вася Ложкин

Редактор: 
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.