Аватар пользователя Татьяна Федоркова

Слёзы Дронова, дуэль адвоката и прокурора

16 ноября Апелляционный суд Харьковской области оставил под стражей второго подозреваемого в ДТП на улице Сумской Геннадия Дронова. Водитель Volkswagen Touareg пригрозил голодовкой, адвокат и прокурор заговорили на латыни. Репортаж «МедиаПорта». 

Рассмотрение апелляции защиты Геннадия Дронова суд назначил на вечер четверга. В тот же вечер, когда с участием подозреваемого запланирован следственный эксперимент на месте ДТП. 

Геннадия Дронова на заседание не привозят. В узком коридоре суда, полупустого под конец рабочего дня, собираются сочувствующие водителю Volkswagen. Небольшая группа людей держит плакаты «Нет выборочному правосудию...». Уборщица с упрёком смотрит на толпу у входа в судебный зал. Здесь нет места для швабры — проход загромождён штативами. Через несколько минут и она сдаётся. Любопытствуя, с ведром подстраивается к концу журналистского хвоста. 

Заседание проходит в режиме видеоконференции. Суд уже настроил связь с учреждением исполнения наказаний. В комнате, откуда Дронов будет общаться с судом, на минуту покажется работница изолятора, одетая по форме в зимнем варианте. 

Подозреваемый просит слова.

«Я хочу обратить ваше внимание, уважаемый суд, что ДТП, эта ужасная трагедия, произошла 18 октября. А меру пресечения мне избрали 8 ноября. У меня было достаточно времени для того, чтобы сбежать или каким-то образом избежать суда, но я никуда не убегал», — рассказывает Дронов

— Геннадію Олексійовичу, вимушений вас прервати, — произносит судья и переходит на русский. — Вам будет дано слово. Может, какую-то справку надо предоставить защите? Процедурно, понимаете? Присоединить к делу. Например, плохо вы себя чувствуете, надо перенести. 

«Плохо я себя чувствую, очень плохо», — подхватывает Дронов. 

Следующие полчаса судья озвучивает материалы — определение Киевского райсуда и апелляционную жалобу защиты. Адвокат Дронова Сергей Перепелица требует отменить решение следственного судьи и смягчить подозреваемому меру пресечения до домашнего ареста в ночное время с использованием электронного браслета. Дронову нужно лечиться, настаивает защитник, и, в опровережение рисков прокуроров, традиционно ссылается на решения ЕСПЧ. Прервётся только когда кто-то из прессы заденет выключатель, и в зале на несколько секунд погаснет свет. 

«Так можно ли назвать определение следственного судьи Киевского районного суда о применении в отношении Дронова меры пресечения в виде содержания под стражей обоснованным? И когда уже во время совершения правосудия судьям будет предоставляться такая возможность трактовать позиции Европейского суда по правам человека и решения на своё усмотрение и не пытаться этими правовыми выводами гарантировать права и свободы лица, а не наоборот, каким-то образом, я назову это так — затыкать дырки ходатайствами об избрании меры пресечения? Мы не можем говорить, что происходит справедливое судебное рассмотрение», — убеждён Перепелица. 

«Когда из решения ЕСПЧ берутся не пункты, а отдельные слова, и некоторые выражения вообще не используются, является ли это объективным рассмотрением? Тогда можно разрешить и органу досудебного расследования, и прокуратуре менять нормы Уголовного процессуального кодекса, Уголовного кодекса...», — подчёркивает адвокат. 

«Сергей Владимирович, у нас не так много времени, давайте к сути», — останавливает защитника судья.

«Извините, ваша честь, но данное решение вызывает настолько бурные эмоции, что я себя ещё сдерживаю», — отвечает Перепелица. 

Геннадий Дронов сообщает суду об ухудшении здоровья после удара головой в момент ДТП. Говорит, что под стражей не может получить квалифицированную помощь и обвиняет в давлении на досудебное следствие семью первой подозреваемой в ДТП

«Своими незаконными действиями они хотят сделать меня крайним и перенести вину Зайцевой на меня..., — рыдая с экрана, говорит Дронов и угрожает голодовкой. — Я не буду ничего ни есть, ни пить до того времени, пока не будет принято законное, справедливое решение». 

«Это резонансное дело, и в зале находятся люди, которые говорят: «Нет, не обосновано подозрение». То есть это вызывает сомнение! Я не говорю, что всё досудебное расследование проведено неправильно! Вызывает сомнение! А мы в данном случае должны пользоваться ещё старым принципом, который говорит «In dubio pro reo» — «Все сомнения в пользу обвиняемого», — поддерживает подзащитного адвокат. 

«У вашего клиента пока что статус подозреваемого», — поправляет судья. 

«Я процитировал и привёл это выражение дословно, чтобы потом не говорили, что я каким-то образом ещё латинский язык не так перевожу, — объясняет Перепелица. — То есть все сомнения в пользу лица, клиента, подозреваемого».

Всё выступление защитника прокурор Максим Блохин ведёт конспект в общую тетрадь и под конец заседания находит слова для ответа.

«Мы услышали только цитирование того, что было сказано, однако уже мы услышали латынь. Да, действительно, прекрасное выражение, но также могу ответить: «Errare humanum est» — «Человеку свойственно ошибаться». Если Дронов ошибся в своих действиях, пусть отвечает», — заявляет прокурор, и суд удаляется в совещательную комнату. 

Баттл адвоката и прокурора завершается рукопожатием. 

Реакции Дронова на отказ суда в удовлетворении апелляционной жалобы присутствующие уже не увидели. Подозреваемый склонил голову на стол, видно было только край куртки. 

Через час в автозаке Дронова доставили на место ДТП. Как и Зайцева, в наручниках на длинной цепи он показывал направление движения на месте столкновения — в нескольких метрах от тротуара, где до сих пор лежат свежие цветы. 

«Всё, что помнил, я показал, рассказал. Но у меня же травма головы, извините», — сказал журналистам Дронов. 

Он пока не решил, будет ли объявлять голодовку. «Скорее всего, объявлю. Потому что вы сами всё видели сегодня… Скорее всего, полностью от всего откажусь. Вчера было очень плохо, вчера чуть не помер. Всего лишь таблеток дали и всё. Требования? Справедливость, ребят», — ответил подозреваемый. 

В следственном эксперименте 16 ноября участвовали два свидетеля — пассажирки Volkswagen Touareg и Lexus. Это последнее воспроизведение обстановки на месте ДТП.  

«Объём работы большой, но следствие будет окончено в кратчайшие сроки, — обещает следователь Игорь Волков. — Дело резонансное, сами понимаете».

Редактор: 
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.