Сколько стоят спасенные ценности художественного музея (обновлено)

Перед тем, как уйти из города, в 43-м, фашисты сожгли Харьковский художественный музей. До того, как сгоревшее 5-этажное здание полностью обрушилось, жители соседних домов успели спасти часть произведений искусства. Среди тех, кто выносил музейные экспонаты, были брат и сестра, 11-ти и 13-ти лет.

Людмиле Гогиной в оккупацию 43-го было всего 13. Сейчас Людмиле Александровне Коваленко уже 75. События победного августа она помнит очень хорошо - и голод, и отступление фашистов, и возвращение советских войск. Тогда Гогины жили возле старого здания художественного музея на Петровского - сейчас здесь находится компьютерный колледж.

В 43-м музей почти полностью сгорел.

Виктория Кацай, главный хранитель художественного музея: «Перед отступлением части ГЕСТАПО подъехали к зданию музея на большом грузовике, облили все бензином и подожгли огромное пятиэтажное здание, стояли в оцеплении до тех пор, пока здание не выгорело дотла. И вот после того, как было снято оцепление, местные жители близлежащих улиц и сотрудники, которые остались во время оккупации, бросились в цокольный этаж нашего здания, и с пожарища удалось спасти порядка 400 произведений».

Брат и сестра Гогины вынесли из подвала сгоревшего здания около 50-ти картин, статуэток и других произведений искусства. Впрочем, героизма в своих действиях Людмила Александровна не видит. Ни в том, что спасла, ни в том, что вернула.

Людмила Коваленко: «У нас просто не такая семья была, чтоб что-то где-то наживаться, а люди лезли за наживой, а мы за ними следом и случайно спасли вот это все. Даже из детей я не помню, кто там лазил. В основном взрослые, только мы с братом. Но, вы знаете, в тот момент разве думал о чем, смотрел на кого-то, вот надо было картинки эти взять, куклы эти, и мы же видели, что там есть».

Оставить музейные экспонаты дома после освобождения Харькова Люде и Олегу Гогиным не разрешила мама. Людмила Александровна рассказывает, что детям было строго сказано: мы не воры, и чужого брать не будем. Так что в музей отдали все, не взяв ничего на память.

Фигурку Людмилла Александровна нашла в сожженном немцами здании музея. 13-летняя девочка подумала: какая необычная и тяжелая кукла. Оказалось, фигурка восточной богини, позолоченная и стоимостью в несколько тысяч советских рублей.

95 миллионов советских рублей - в такую сумму оцениваются потери Харьковского художественного музея во время оккупации. К примеру, из тысячи полотен харьковского художника Васильковского после войны в музее остались только 300 - среди них и те самые картинки, которые спасли после пожара брат и сестра Гогины.

Благодарности тем, кто вернул ценности в музей, датированные 44-м годом, написаны на папиросной бумаге и обратной стороне географических карт. Сотрудники харьковского государственного архива рассказывают, что тогда в стране не было денег не то что на бумагу, - люди продолжали голодать. Тем удивительнее, что харьковчане вернули дорогие экспонаты.

Наталья Харченко, главный специалист Харьковского архива: «Стоимость действительно превышает даже по тем деньгам мыслимые и немыслимые размеры. Скажем, здесь гражданка Куликова спасла вазу синяя, начало 19-го века, Франция, стоимостью 20 тысяч рублей, премию она получила 600 рублей, т.е. этот человек, действительно, продав эту вазу мог бы прожить иначе, пережив тот голод и ужасы войны, тем не менее, вот такая была моральность и такая порядочность».

А вот из Германии, куда вывезли абсолютное большинство экспонатов художественного музея, обратно до сих пор вернулась только одна картина – «Портрет девушки». Видимо, сетуют, сотрудники музея, примеру Гогиных жители страны за тысячу километров от Харькова последовать не пожелали.

Якщо Ви виявили помилку у тексті — виділіть її курсором та натисніть "Ctrl + Enter". Дякуємо Вам за уважність та ввічливість.
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.