Дело о ДТП на Сумской: что приобщил суд от потерпевших

Киевский райсуд Харькова приобщил документы от представителя потерпевших Ларисы Матвеевой, но отказал ей в вызове в суд в качестве свидетелей медсестры из наркоцентра и экспертов, которые проводили психиатрическую экспертизу в отношении обвиняемой Алёны Зайцевой.

«Суд определил: ходатайства удовлетворить частично. Приобщить к материалам дела предоставленные представителем потерпевших документы о возвращении денежных средств, полученных потерпевшими. Также приобщается к материалам дела адвокатский запрос, ответ Министерства здравоохранения, разъяснение адвокату Матвеевой (представитель потерпевших запрашивала у МОЗ, какими нормативными актами регулируется проведение судебно-наркологической экспертизы — ред.). А в удовлетворении ходатайства о вызове в судебное заседание свидетеля и экспертов суд отказывает», — сказал судья Виктор Попрас.

Лариса Матвеева просила допросить в суде в качестве свидетеля медсестру областного наркодиспансера, которая присутствовала при осмотре Зайцевой врачом-наркологом.

«Поскольку до сегодняшнего момента сведений о том, что свидетель Федирко (врач-нарколог — ред.) вообще будет найден, у нас нет, и нет дополнительной информации относительно выполнения определения суда не появляется, какие именно действия проводятся по этому поводу, нам также неизвестно, считаем необходимым, чтобы, возможно, снять этот вопрос с рассмотрения, допросить в качестве свидетеля непосредственно медсестру, которая была во время осмотра Зайцевой, которая дала мне пояснения как адвокату лично [...]. Пояснения, собственноручно написанные, о том, что осмотр проводился в соответствии с процедурой, никакого давления или оснований оговаривать Зайцеву не было», — сказала Матвеева.

По её мнению, это могло бы опровергнуть слова защитника Алёны Зайцевой Евгения Мельниченко, который на основании фрагментов видео с камер наблюдения патрульных, заявлял, что врач-нарколог не соблюдала инструкции при осмотре Зайцевой и в результате его не провела. 

Выслушав аргументы Матвеевой, судья Виктор Попрас решил, что допрашивать медсестру нецелесообразно.

«Составлен акт осмотра, который подписан, никаких обстоятельств, о которых указывается, о давлении и так далее, заборе крови — у нас есть данные, какая кровь бралась, она исследовалась, биологические образцы, есть акт осмотра, подписанный уполномоченным лицом, поэтому обстоятельства заполнения этого документа не могут подтверждаться или опровергаться показаниями свидетеля», — сказал судья.

Матвеева также просила допросить экспертов, которые проводили психиатрическую экспертизу в отношении Зайцевой.

«Указанные эксперты-психиатры проводили экспертизу в отношении Зайцевой с целью определения психического состояния Зайцевой в момент ДТП. Но в экспертизе отсутствуют однозначные сведения о том, находилась ли Зайцева в момент ДТП в состоянии, вызванном употреблением наркотических или других одурманивающих средств. То есть не раскрыт вопрос с определением влияния психоактивных веществ на психическое состояние человека, а значит, необходимо разъяснение экспертов, проводилось ли исследование в этой части, что в свою очередь необходимо для установления или неустановления обстоятельств, которые отягчающих наказание…», — пояснила Матвеева.

Отказывая в этой части, судья отметил, что психиатрическая экспертиза проводилась, чтобы определить, является ли лицо подсудным и руководило ли своими действиями, другие вопросы лежат вне рамок этой экспертизы. 

Обвинение частично согласилось с ходатайствами Матвеевой. Большинство представителей потерпевших положились на усмотрение суда. Защитник Зайцевой Евгений Мельниченко просил отказать во всех ходатайствах. Защитница Зайцевой Юлия Козырь поддержала только в части приобщения к материалам дела чеков о возврате семьями потерпевших Берченко и Евтеевых денег, переведённых матерью Зайцевой. 

О возврате средств высказался потерпевший Игорь Берченко, отец погибшей в ДТП Дианы и пострадавшей Оксаны:

by%berchenko.mp3

«Эта благотворительность пришла уже после смерти, пришла под чужой фамилией. Я представляю так: горит дом, дом сгорел, есть погибшие люди. Выходят соседи уже после того, как всё это сгорело и погибло, ставят ведро воды. У них спрашивают: а это для чего? «Как для чего? Мы тоже в помощи участвовали». Кто-то в сердцах пинает это ведро, вода опрокидывается, выливается, а соседи говорят: да выливайте, хоть не выливайте, всё равно благотворительность засчитается. Мы же ведро с водой поставили. Какая разница — до или после?»

Читайте MediaPort в Telegram

Якщо Ви виявили помилку у тексті — виділіть її курсором та натисніть "Ctrl + Enter". Дякуємо Вам за уважність та ввічливість.
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.