Тайная коллекция бывшего НКВДиста (обновлено)

«Татуировки советских заключённых» — так называется выставка, которая откроется в Харькове в Доме архитекторов 5 декабря. Её организаторы утверждают, что экспонаты выставки взяты из частной коллекции бывшего работника НКВД Дансинга Болдаева. Сейчас коллекционеру почти 80 лет. Он живёт где-то в России. Собирал свою коллекцию бывший НКВДист тайно. Посещал тюрьмы, под видом врача осматривал заключённых и срисовывал с них татуировки. В коллекции больше тысячи экземпляров. Первыми с Харькове увидели выставку наши корреспонденты.

Главная особенность тюремного боди-арта — чёрно-белые тона. Краску готовили из так называемой жженки — смеси сожжённого каблука от сапог и мочи. Если были чернила — их добавляли тоже. Татуаж длился от нескольких ночей до нескольких месяцев. И работали мастера с помощью обычной иголки или таких машинок.

Алексей Вий, мастер тату: «Тату-машинкой может стать практически любой работающий механизм. Мастер делает машинку сам. Основное — это игла, которой он может проколоть тело. В качестве моторчика — вот бритва «Спутник». Вот так она работает».

Татуировки советских заключённых — своеобразный табель о рангах. Не каждый мог сделать себе ту или иную татуировку. Только влиятельные рецидивисты имели право наколоть монастырь, череп, тигра или орла. Если кто-то наносил на себя татуировку, на которую не имел права, — его заставляли срезать её с тела вместе с кожей. Известны случаи, когда тату использовали для общения с людьми на воле.

Олег Гринченко, куратор выставки: «Существовало письмо нательное, которым шифровалась важная информация. Вот человек проезжал несколько тысяч километров к адресату. Адресат считывал эту информацию. Доверить передать информацию словесно или письменно нельзя было. Человека могли перехватить, расколоть».

Алексей Вий — мастер современного тату. Говорит, к нему часто обращаются бывшие заключённые — нынешние депутаты и бизнесмены. Просят старую зоновскую татуировку спрятать под современный цветной рисунок. Статус изменился.

Алексей Вий, мастер тату: «Вот случай — змея и кинжал. Пришлось заделывать под биомеханический узор. «Нет в жизни счастья» — горячий мужчина с Кавказа. Пришлось сделать горы Кавказа и тигра. Вот и не видно вообще, что там что-то было».

Сейчас тюремные татуировки теряют свой первоначальный смысл, утверждают мастера тату и надзиратели. Например, количество маковок на церквях не обязательно означает количество заключений. Да и в моде сейчас современное цветное тату. Красивое и лишённое криминального смысла.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.