MediaPost on-line. Сергей Мусеев: «Я просто боюсь господина Семочкина!» (эксклюзивное интервью)

Как изменятся тарифы на проезд в метро, если подземка станет коммунальной собственностью? Почему в метро появились сотрудники частной охранной фирмы и чем они занимаются? Почему на место начальника метрополитена прочат главу наблюдательного совета концерна «АВЭК»? Как нынешний начальник оценивает свои шансы остаться на должности и почему он боится Сергея Семочкина? Обо всем этом читайте в эксклюзивном интервью начальника «Харьковского метрополитена» Сергея Мусеева.

Сергей Зинятович, по словам мэра Михаила Добкина, он получил принципиальное согласие министра транспорта и связи Иосифа Винского на передачу Харьковского метрополитена в коммунальную собственность города. Скажите, как начальник метрополитена, что это значит для харьковчан?

- Мое мнение незаполитизировано и не имеет отношения к одной или другой политической силе. Это мнение даже не со стороны начальника метрополитена, а со стороны рядового гражданина города Харькова, который пользуется метро. Я однозначно уверен, что метрополитен должен быть в муниципальной собственности – так сложились обстоятельства. Сейчас метрополитен - государственное предприятие. Управлять им и регламентировать его работу должна облгосадминистрация. Мы не говорим сейчас о каких-то финансовых делах или помощи. Есть чисто организационные моменты, касающиеся метрополитена. Это предприятие единственное сейчас в городе работает в таком режиме с такой нагрузкой по всем показателям: по показателям потребления электроэнергии, по показателям перевозки, по оказанию услуг. Это предприятие должно быть окружено заботой, опекой и методичной помощью. Так как это государственное предприятие, управлять и регламентировать всю его деятельность должна облгосадминистрация. И перво-наперво по Закону Украины, по постановлению Кабинета Министров, в основе взаимодействия между метрополитеном и облгосадминистрацией должен лежать договор о перевозке между перевозчиком (в данном случаен метрополитеном) и заказчиком, то есть облгосадминистрацией. Но этого договора нет. Все знают, что облгосадминистрация выступает заказчиком строительства метрополитена. Но в прошлом году она не только не выделила денег из областного бюджета, но и не сделала ничего, чтобы получить деньги на строительство из госбюджета.

Почему Вы считаете, что нужно передать метро в коммунальную собственность города? Не получится ли, что придется повышать тарифы, отказываться от строительства новых станций, потому что город, городской бюджет, этого просто не «потянет»?

- Потому что город в лице мэра Добкина, горсовета, горисполкома за последние два года выделил на строительство метрополитена 90 миллионов гривень. Это больше половины средств, затраченных на строительство новых станций. А облгосадминистрация, повторяю, не выделила ни копейки и кроме того, что не выделила, еще и не проявила никакой инициативы в помощи выделения средств из госбюджета!

Тарифы будут меняться, если метро станет коммунальным?
- Разговор о тарифах – глупый разговор. Тарифы в нашем случае устанавливает облгосадминистрация, исходя из двух составляющих. Первое - это экономическая ситуация в стране, то есть сколько человек может платить. И второе – сколько может доплачивать государство. Вот две составляющие в тарифе. В разных странах и городах это разные составляющие. Я уже неоднократно приводил пример Баку – там проезд 5 копеек на протяжении всей жизни. Но Баку ежегодно покупает сто вагонов, вводит в строй 2-3 станции. У них уровень заработной платы в 3 раза больше чем у наших метрополитеновцев. Или Москва. Когда я в Москве задаю вопрос, как вы, журналисты меня спрашиваете, «а как у вас тарифная политика», то господин Гаев, начальник Московского метрополитена, смеется и говорит: «К нам ежемесячно спускается Владимир Владимирович Путин. И мне без разницы: скажет Владимир Владимирович бесплатно возить москвичей и гостей города, я буду возить бесплатно. Но это не значит, что метрополитен будет работать бесплатно, и не будут платиться заработные платы, и не будут покупаться вагоны, и не будут убирать в метрополитене, и не будут соблюдать безопасность движения».

Все-таки тарифы вырастут или нет?

- Не вырастут. У нас достаточно резервов, которые может и должна использовать власть. Достаточно сказать о тех 7 или 12 миллионах гривень, которые мы должны платить милиции, которая финансируется из госбюджета! Вот Вы мне задаете вопрос: охрана метрополитена, частная фирма «Сафари», то, се. Вы знаете, я же смеюсь внутри. Почему милиция охраняет площадь, сад Шевченко, в троллейбусах карманников ловит, в автобусах, на девятый этаж ездит на какую-то бытовую драму? Это задача милиции. Есть Закон «О милиции», она должна охранять общественный порядок. На это выделяются государственные средства согласно штатному расписанию. Наша милиция метрополитена точно так же попадает в смету МВД, в смету УВД и финансируется из госбюджета, а они хотят за это еще и деньги получать от метрополитена. Да это не от метрополитена и не от господина Мусеева, это от всех пассажиров метрополитена, всех жителей города Харькова. Метрополитеновская милиция у нас не в штате, мы никак не регламентируем и не регулируем ее деятельность, она не подчиняется нам. А Вы задайте вопрос нашему начальнику УВД или начальнику нашей милиции метрополитеновской, спросите: вы будете охранять метрополитен или не будете?

Сколько сейчас метрополитен платит за охрану милиции?
- В 2007-м году 6 миллионов 800 тысяч мы заплатили милиции. Кроме этого, метрополитен предоставляет ей здание, лучший райотдел в городе, полностью обеспечение: связь, электроэнергия, коммуникации, коммунальные все услуги, транспорт, покупка формы, обеспечение оружием, стрельб и всего остального - все за счет метрополитена.

А в этом году сколько Вы потратите на все это?
- Нет договора у нас с милицией.

Но она охраняет метрополитен?
- Охраняет.

Но вы ей не платите?
- Не платим. Вопрос принципиальный. Мне не разрешают. Я подчиняюсь Министерству транспорта и связи. У него свои показатели, свои бюджетные ассигнования и все остальное. Министерство внутренних дел полностью финансируется за счет бюджета. Нельзя, чтобы милиция, которая борется с коррупцией, с преступностью, с хулиганством и так далее, финансировалась дополнительно какой-либо структурой. Это понятно? Закон так написан. И когда мы из одного министерства доплачиваем деньги другому министерству это уже противозаконное действие. И на сегодняшний день нам запретили полностью выполнять такие виды оплат.

Кто запретил?
- Министерство. Кроме того, Вы должны понимать, метрополитен – государственное предприятие. Любая копейка, любой платеж, за исключением заработной платы, мы можем осуществлять только на базе тендерных процедур. В данной ситуации нам, как и в 2007-м году, нужно было провести тендерные процедуры на охрану метрополитена, охрану имущества. Мы путаем два понятия. Охрана общественного порядка – это государственная прерогатива. А на охрану имущества мы объявили тендер и предложили участвовать в этом милиции. Милиция, к сожалению, не имеет права участвовать в тендере.

Но ведь государственная служба охраны принимала участие в тендере?
- Принимала. Но это же монополия. У господина Шовкопляса (начальник государственной службы охраны – Е.Л.) вот такие цены, в три раза больше. Это же тоже УВД. Поэтому они и забирали лицензии у другого участника. Это все политика, понимаете? А я, как руководитель, защищающий государственные интересы, не могу, чтобы так поступали с метрополитеном и с деньгами общества.

Законодательство позволяет, чтобы имущество стратегического объекта защищала частная структура? Вы консультировались со Службой безопасности?
- Милиция должна охранять.

Имущество?
- И мы ее с удовольствием зовем и призываем: приходите и охраняйте, ловите хулиганов, пресекайте разные правонарушения. Для этого вам выделяются деньги из госбюджета, для этого вы носите форму и погоны.

А я видела сотрудников «Сафари-АРМС-Украина», частной фирмы, на станциях метро…
- А это наша уже хозяйственная деятельность. Лена, Вы меня понимаете или нет?

Честно говоря, не совсем. Видимо, я запуталась. Кто из них что охраняет, где сотрудники частной фирмы, где милиция?
- Метрополитен, точно так же как улица Сумская, 535-й микрорайон, сад Шевченко или любое здание, сооружение на территории Украины, находится под патронатом милиции. Преступление, совершенное в подвале, на десятом этаже, в автобусе, в лесу, где угодно, должно пресекаться органами милиции – это понятно?

Это понятно.
- И точно так же с метрополитеном. Только сад и лес не платят милиции за охрану. А метрополитен – платит. Это противозаконно.

Какие полномочия есть у частной охранной фирмы? У них же, если не ошибаюсь, нет даже права на ношение оружия.
- Мы давайте или об одном говорить или о другом. Вы о милиции? Я – «за», чтобы она охраняла. Есть позиция прокуратуры: милиция должна и обязана охранять метрополитен и общественный порядок, в том числе и на станциях. Везде. Им никто не запрещает. Это точно так же, как милиция может войти в любой офис, в банк, на завод. Они преследуют точку закона, охраняют общественный порядок. Есть выражение - «общественный порядок» - это пресечение каких-либо нарушений. И им никто не запрещает, понимаете? Только никто за это не платит. Если Вас ограбили в подъезде, Вы не платите милиции за то, чтобы она приехала и арестовала преступника? Или платите? Почему метрополитен за это должен платить? Почему пассажиры метрополитена должны платить за то, что их охраняет милиция?

На какой период заключен договор с фирмой «Сафари-АРМС-Украина»?
- На год. С момента проведения тендера и заключения договора.

Сколько метрополитен заплатит за услуги этой фирме?
- 60 тысяч в месяц. Есть тендер. Тендером определено количество постов, определена стоимость одного поста. То есть мы говорим, что столько-то постов выставлено на тендер. Милиция не имеет права или не имеет возможности участвовать в тендере. Первое – у них нет лицензии. Второе – они не могут брать деньги за охрану общественного порядка. Понимаете? Были участники тендера и по показателям выиграла эта компания. Все. После заключения договора мы пишем: завтра вам нужно выставить четыре поста – депо одно, депо второе, служба механическая и так далее. Вот они и выставляют там посты.

Господин Семочкин, зампредседателя совета учредителей концерна «АВЭК» и глава фракции БЮТ в горсовете, говорил, что эта фирма не охраняет никого, кроме метрополитена, и у нее вообще нет послужного списка...
- Я боюсь господина Семочкина, потому что господин Семочкин бывший милиционер, и я знаю, за что его выдворили из милиции. Он очень в теме криминального мира. Поэтому я не хочу и не буду комментировать все его слова.

Вы можете назвать другие предприятия, которые охраняет эта фирма?
- Не могу.
Не знаете?
- Не знаю.
Сколько лет она на рынке?
- Наводите справки, журналистские, узнавайте, интересуйтесь.
Интересуюсь. И у Вас в том числе.
- Есть тендерный комитет в метрополитене, тридцать человек, которые специально обучены в городе-герое Киеве, за каждое обучение заплачено от 10 до 20 тысяч гривень. Есть процедура тендерная, которая находится под жесточайшим контролем всех органов: прокуратуры, СБУ, тендерной палаты, Кабинета министров, профильного министерства и так далее. Регулярно каждая тендерная процедура проверяется. Когда проходит тендер, помимо наших сотрудников, обученных правильно вести всю тендерную документацию, при вскрытии конвертов присутствуют представители всех органов надзора. Я не присутствую при этом, поэтому тонкостей этих не знаю. Там не задаются вопросы «где фирма», «кто у них директор», «сколько у них человек». Есть показатели, выставленные на тендерную процедуру: сколько будет стоить один пост, какое обеспечение этого поста будет, материальное, техническое и так далее. И каждый участник пишет свое, свои возможности, запечатывает в конверт и кладет. Он не напишет, что у него танк будет на посту, потому что у него танка этого не будет, он не выполнит свои тендерные обещания и будет оштрафован. Поэтому каждый пишет реальные вещи и запечатывает в конверт. В момент проведения тендера публично вскрывается конверт и читается. Фирма такая-то имеет возможность за такую-то цену обеспечить пост такими-то средствами связи, имеет пульт центральный связи со всеми, имеет кнопку мгновенного вызова, по которому приезжает. Милиция не приедет за три минуты, а охранное агентство приедет за три минуты, потому что если они приедут за пять минут, их лишат лицензии. Понятно? Господин Семочкин это знает? Не знает. Пусть он придет, и мы ему расскажем.

Еще одно обвинение, которое звучало от господина Семочкина: сокращение штата за последние два года на 40%. Это соответствует действительности?
- Я сегодня еще новое услышал. Он написал начальнику Службы безопасности Украины по Харьковской области Мухатаеву, что у меня есть ячейка в банке и я через эту ячейку передаю секретную информацию иностранным агентам. Серьезно! Я просто не хочу комментировать! Я просто боюсь господина Семочкина с его больным воображением и фантазиями, основанными на криминальном прошлом, все! Я не буду комментировать его слова! Даже если вы от него получаете зарплату или заказ!

Я не получала от него ни зарплаты, ни заказа.
- Я не считаю нужным комментировать слова человека, у которого больное воображение, понимаете? У меня есть свое мнение в отношении господина Семочкина. Если мы говорим о Фельдмане Александре Борисовиче, депутате, уважаемом человеке, то я знаю, что все неприятности, которые сейчас у него существуют по рынку «Барабашово», по Сумскому рынку, - это все деятельность Семочкина. Понимаете? Это его безбашенность, и вообще игнорирование, и верх цинизма в отношении харьковчан, прежде всего. Это мое мнение, и можете его процитировать.

Обязательно. С Вашей точки зрения, почему лоббируют сейчас на Ваше место главу наблюдательного совета «АВЭКа» господина Броншпака?
- (Пауза. Молча встает из-за стола, подходит к карте-схеме). Вот станция «Академика Барабашова», видите? Пешеходный переход, вот пошла «Академика Павлова», вот пошли в терминал, в депо, а это все - рынок «Барабашово». Все эти постройки на сегодняшний день не согласованы с метрополитеном, ни единое сооружение! Вот наша дренажная система, видите, колодцы, в каждом колодце стоит насос, и мы успешно откачивали воду и предупреждали затопление. Господин Семочкин, построив эти ряды, сделал дренажную систему, вот она, которая отводит воду отсюда, не от метро, а отсюда. Отсюда идет уклон. Он сбрасывает всю воду в наш колодец, в нашу насосную. Наша насосная не успевает справляться. А Семочкин говорит, что он сделал нам помощь, засыпав эти все колодцы и заасфальтировав их! По 5 метров насыпали грунта и заасфальтровали колодцы! Дренажная система не работает! И здесь ничего не откачивается, и тоннель просел, потому что гидрогеология сменилась, ясно?

Но если там такая серьезная ситуация, если это действительно угрожает безопасности людей, которых перевозит метрополитен, какой смысл назначать начальником своего человека? Не дай Бог случится что-то серьезное и…
- Потому что мы молча делали эту работу. Господину Семочкину или Фельдману не понравилось, что мы начинаем возмущаться по поводу такого безобразия. Действительно, лучше поставить Геннадия Кимовича Броншпака, которому принесут пакетом, одним томом, все бумаги и он везде напишет «согласовано». Вот и все, все очень просто.

Если на Ваше место все-таки будет назначен другой человек, Вы будете как-то оспаривать приказ, обращаться в суд?
- Нет. Я буду считать, что зло побеждает добро.
Как вы оцениваете свои шансы остаться на должности?
- 90 на 10. 90 (процентов), что я останусь.

Автор: Елена Львова

Редактор: 
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.