MediaPost on-line. Варвар до Вильнюса довел

За четыре дня в Вильнюсе нам, несмотря на филологическую «остепененность», удалось выучить всего около четырех литовских слов: «cavinė» - кафе, «gatvė» - улица, «pilis» - замок и «jo» - выражение согласия, одобрения :). Язык оказался трудным и совсем непохожим на славянские... Зато найти общий язык участникам конференции «Варвар в литературе и искусстве» в Вильнюсском педагогическом университете удалось сразу.

Совершенно «неварварское» отношение организаторов - руководства факультета и университета в целом, Президента Литовской ассоциации сравнительного литературоведения Нийоле Кашяленене, а главное, души оргкомитета конференции – Жидроне Колевинскене – настроило всех участников на оптимистический лад. Приехав домой, я практически не обнаружила «официальных» фото с конференции :). Тем не менее, тема варварства в выступлениях участников получила достаточно широкое освещение (от возникновения этого феномена в эпоху античности до художественных экспериментов ХХ века) и в различных аспектах.

Представителей «не-литовской» части участников было немного – россияне Артемий Джанумов, Георгий Прохоров и Мария Сорникова, белоруссы («балторуссы», как назвали их в ходе обсуждения) Маргарита Малыхина и Максим Шадурский и украинцы Татьяна Левченко-Комиссаренко, Николай Васькив и, собственно, я :).

Чувствовать себя непринужденно помогали, как говорится, и стены – хоть и не родные, но достаточно близкие в историческом контексте: например, Вильнюсский педуниверситет расположен на улице Шевченко. Да-да, того самого, Тараса Григорьевича. Он (Тарас Григорьевич) в 1829-1830-х гг. был в Вильнюсе вместе со своим паном помещиком Энгельгардтом и обучался живописи у знаменитого художника Яна Рустема (мемориальная доска в честь Т.Г. Шевченко украшает здание исторического факультета Вильнюсского университета и дом по улице Замковой, в котором жил поэт).

Безусловно, экскурсии по городу и общение на конференции актуализировали воспоминания и о более древних литовско-украинских исторических связях, уходящих корнями в XIV-XVII век, когда Украина входила в состав Великого княжества Литовского (с XIV века) и позже – Речи Посполитой (с XVI века). Именно этот период интересовал меня в первую очередь как литературоведа-медиевиста: о желании «походити по бруківці», по которой ходили Кирилл Транквиллион Ставровецкий, Леонтий Карпович и Мелетий Смотрицкий, мои друзья наслушались задолго до поездки :).

Собственно, все эти выдающиеся богословы, общественные и церковные деятели XVII века были творцами литовско-украинско-белорусской культуры в целом. То же самое касается и аристократической верхушки – наиболее выдающихся княжеских родов: «руська» (литовско-украинская) элита в XIV веке разделяла господствующие позиции с литовской знатью.

С происхождением «руської» аристократии связана так называемая «римская легенда», согласно которой наиболее значительные княжеские роды ведут свое происхождение от римских переселенцев времен упадка Республики в Италии (римляне под предводительством полумифического сенатора Палемона Либо, спасаясь якобы от преследований Юлия Цезаря, вскоре после 48 года до н. э. переправились на берега Балтийского моря, оказав влияние на местное – «варварское» - население как культуртрегеры). Легенда, широко используемая в польско-литовских хрониках, давала возможность вывести происхождение украинско-литовской знати непосредственно от римлян, фиксируя таким образом временное измерение старинности рода (в частности, так поступает Кирилл Транквиллион Ставровецкий, описывая генеалогию князей Корецких и Вишневецких, – извините, но свой-то доклад я не могла не осветить подробнее :).

После этого, кажется, если и можно спорить с тезисом «Україна – європейська держава», то уж с тезисом «славяне с литовцами – братья навек» спорить не приходится :).

Правда, первоначальный план говорить с местными жителями по-украински, а не по-русски – как бы чего не вышло – провалился. Конечно, государственным в Великом княжестве Литовском в свое время был книжный украинский язык – «руська мова», но с того времени его подзабыли окончательно :).

Впрочем, опасения «как бы чего…» тоже были напрасными - реакцию на русский язык была вполне доброжелательной. Представители старшего поколения (молодежь действительно с трудом понимает и говорит по-русски или не говорит вообще) свободно владеют русским языком и охотно помогали нам в поисках того или иного исторического памятника, так что варварами мы себя в Вильнюсе не чувствовали. Ну разве что в те моменты, когда машины на улицах, в отличие от Харькова, всегда останавливались на красный свет :).

Завершением первого дня конференции стала ночная прогулка по Вильнюсу. В полном соответствии с обстановкой, рассказы нашей очаровательной гида были весьма «готичного» свойства – из них мы узнали массу аутентичных легенд древнего Вильнюса. Например, о том, что костел св. Анны – т. н. шедевр «пламенной готики» - первоначально был построен из желтого кирпича и окрасился в красный цвет кровью построившего его мастера, который был сброшен с самого высокого свода – как водится, чтобы такое совершенное творение больше не было создано нигде… Столь варварские традиции в уже христианское время были в порядке вещей :).

Не менее устрашающей стала история о восстании умерших, похороненных в подвалах костела св. Иоанна: однажды воры посягнули на драгоценный перстень одного из свежих усопших, который находился в гробе внутри здания. Воры потребовали от мальчика-служки из костела, чтобы он снял перстень с покойника и передал им («вот в это вот окошко»). Когда мальчик попытался это сделать, богатый усопший вскричал громким голосом: «Братья умершие, на помощь!» - и трупы стали подниматься с мест своего упокоения («мальчик очень испугался» :). Спасаясь от покойников, ребенок всю ночь прятался на верхней площадке костела, где находился орган, а утром монахи-иезуиты были «очень поражены» беспорядком внутри храма – и перестали хоронить там умерших.

С другим храмом – василианского монастыря св. Троицы – связана история о том, как известный деятель униатской церкви о. Иосафат Кунцевич избавил город от привидения очень плохой женщины, которая при жизни была злой и разбила много семей. Стоя в дворике храма, мы пытались услышать лязг цепей, в которых щеголяло привидение, однако кроме порывов ветра и шума дождя не было слышно ничего :).

Рядом с римо-католическим кафедральным собором и колокольней находится еще одно примечательное место Вильнюса, обозначенное не во всех путеводителях, – на площади, выложенной плиткой, есть одна особенная, на которой написано слово «чудо». Если стать на эту плитку, загадать желание и трижды повернуться вокруг своей оси, задуманное непременно сбудется (благодаря одному из хозяев конференции из Вильнюсского педуниверситета - Павлу Лавринцу и его волшебному фонарику - я смогла совершить все эти манипуляции несмотря на ночь и непогоду :).

Тут же на площади расположен памятник великому князю Гедимину, который приехал из Тракай, тогдашней столицы Литвы, в эти края поохотиться. На охоте он прикончил огромного тура и заснул в долине у подножия Замковой горы. Во сне Гедимин увидел железного волка, который выл, будто сто волков. Пророческий сон разъяснил князю языческий жрец («бискуп поганский», как называют его летописи): на этом месте следует построить замок и основать город, который будет неприступен, как железный волк, а слава этого города разнесется по свету, как вой ста волков. Гедимин так и сделал и назвал новый город – свою будущую столицу – в честь реки Вильни.

Тракай, первую столицу, мы тоже увидели на следующий день. Островной замок-крепость был резиденцией литовских великих князей в XV веке. Пострадавший от времени, он был в основном восстановлен в 1950-х гг. и сейчас там расположен исторический музей. Кроме того, Тракай оказался местом, где компактно проживает одна из наиболее малочисленных наций – караимы. Еще князь Витовт привез из Крыма 400 семей караимов, которых считал лучшими охранниками. На сегодня караимов осталось около 70 человек. В Тракае есть караимская кенасса и ресторан национальной кухни, а также хорошо упитанные коты :).

Караимская кухня оказалась практически идентичной с крымско-татарской. В поисках же блюда кухни литовской – цепелинов – я заставила дорогих коллег обойти пол-Вильнюса :). Дело в том, что во время конференции мы питались в университетской столовой, где цены ниже, а меню вполне соответствует нашему столовскому (по крайней мере, что такое «батонас» и «омлетас», мы понимали :)) и цепелинов там не было... Обнаружить их удалось в ресторане национальной кухни «Chili-caimas» - «Деревня-чили», интерьер которого оформлен в национальном стиле и производит незаурядное впечатление. А вот цепелины… ну как вам сказать… видимо, я не аматор национальной кухни :).

Вот пиво – другое дело. Из всех возможных «сувенирас» мы в первую очередь затарились литовским пивом. Жаль, что оно такое тяжелое… В отличие от впечатлений, которые мы привезли из столицы Литвы :).

Автор: Татьяна Трофименко
Фото автора и Татьяны Левченко-Комиссаренко

Редактор: 
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.