|
Аласания: Здравствуйте, Александр Сергеевич.
Давтян: Добрый день.
Аласания: Редкий гость в моей студии… Скажите, поправки или комментарии к сюжету будут?
Давтян: Ну, за исключением того, что гостиница «Харьков» – это не основной бизнес, он основной в Харькове. Я уже говорил, у меня в Харькове находится примерно 15 % моего бизнеса на Украине.
Аласания: Рад за Вас и за нас… Тогда сразу к цитататам.
ЦИТАТА:По распространенному в Харькове мнению, отношения местной бизнес-элиты определены известной британской поговоркой об отсутствии вечных друзей и врагов и наличии вечных интересов. Не оправдывается эта поговорка только в отношениях Давтяна и главы фирмы "НПК-холдинг" Геннадия Кернеса. Их вражда длится более 5 лет. Жаров Виталий, интернет издание Украина Ру
Вы враждуете с Кернесом или Кернес враждует с Вами?
Давтян: Я не враждую ни с кем.
Аласания: Включая и его?
Давтян: Включая и его.
Аласания: Я бы с удовольствием с Кернесом на этом покончил, но вот еще что: он последнее время очень часто и очень активно настаивает-просит- требует - уж не знаю, как назвать - на своем участии в одной из программ «Симона». Вы все-таки готовы предоставить ему эфир или нет?
Давтян: А какой в этом смысл?
Аласания: Он какой-то смысл в этом видит.
Давтян: Он видит! Он хочет те потоки лжи и грязи, которые выливаются каналом, подкотрольным ему, еще и на «Симоне» повторить. Мы не будем из «Симона» помойку делать. Но – но! Благотворительный фонд «Заповит» сейчас занимаетс серьезной проблемой, приобритением оборудования для 7 детской больницы или сейчас, по-моему, она называется 1-ая областная детская больница... И еще к нам обратились из Института эндокринологии украинского, тоже просят оборудование.
Если гражданин Кернес сочтет возможным приобрести хотя бы один аппарат искусственного вентилирования легких для деток маленьких, и поставит его 7 детской больнице - мы ему предоставим эфир, даже зная о том, что будут потоки грязи какой-то или ругани. Вот, полчаса мы ему дадим и не будем прерывать. Вот такое есть предложение, это не для меня - это для детей. Пусть Геннадий Адольфович пожертвует детям и купит себе тем самым возможность какое-то время вещать с телеканала «Симон».
Аласания: Это, блестящее предложение, и хорошее условие. Но еще что-то в этом такое, «ловушечное» кроется.
Давтян: Ничего абсолютно, честное слово. Мы не будем вообще… Вот дадим полчаса времени и пусть говорит, что хочет.
Аласания: Угу. Ну, надеюсь он пойдет на это условие. Он это, по крайней мере, услышит.
Меня интересует Ваша точка зрения на прошедшие выборы. Вы смогли бы подобрать несколько характеристик, которые касаются этих выборов - несколько прилагательных?
Давтян: Вы знаете, наверное, несколькими словами об этих выборах сказать нельзя. С одной стороны - если взять меня, как человека - я удовлетворен полностью. В каком смысле: в Верховный Совет Украины прошли – ну, как минимум, человек, наверное, 35 - с которыми я на «ты»; 6 человек моих бизнес-партнеров, то есть, моих компаньонов - прошли в Верховный Совет. Я много раз говорил: для лоббирования своих интересов не обязательно самому там быть.
Ну, достойные люди многие прошли, много достойных…
Многие достойные не попали. Поэтому лично для меня эти выборы ну…
Для страны – наверное плохо; для города – еще не знаю, посмотрим на 1-ю сессию горсовета. Если избранники народа в городе выберут нормальные органы управления горсоветом, нормальных руководителей комиссий, комитетов, секретаря горсовета. Может быть, все и будет хорошо .
Аласания: Угу. Я имел в виду больше Ваше эмоциональное восприятие…
Давтян: Ну, эмоциональное… Вы сами знаете - грязь, нечистоплотность, подтасовки…
Аласания: Со стороны тех, кто проводил?
Давтян: Со стороны и тех кто проводил и тех кто…
Аласания: Участвовал?
Давтян: Участвовал, избирался. Особенно меня… - не хотелось бы опять передачу посвящать себе… - но меня поражает, когда люди, которые сидят в городской избирательной комисии, занимаются уголовно наказуемыми преступлениями, то есть - подтасовкой. Одни воруют, вторые подкладывают, и никому до этого нет дела. Прокуратура ответила в первом … ответ был такой: да, мы увидели, что там подтасовки, но вроде как это ни на что не влияет!
Хотя без протокола работники прокуратуры говорят – «Ну, тут же надо всех посадить в тюрьму»! Не всех, но, во всяком случае – некоторых. Городская избирательная комиссия, которая подтасовывала факты, должна отвечать за это – статьи от 7 до 12 лет!
Надо посадить в тюрьму; а посадить в тюрьму – надо отменить выборы, а если отменить выборы – надо назначать новые выборы, а у страны денег нет.
То есть, то, на что расчитывали преступники, в какой-то степени оправдалось. Но я постараюсь довести дело до конца. У меня работает группа юристов, адвокатов…
Думаю, во всяком случае, хоть докажем в конце-концов, что вот там есть мерзавцы и все это было спланировано. И на сегодняшний момент мои документы из Киевского суда уже две недели никак не могут дойти до аппеляционного суда - специально их задерживают. И самый честный судья в харьковской области господин Плетнев, который, опять-таки, с экрана 7 канала вещал, что ему там и взятки кто-то предлагал, почему-то мои документы не отправляет - странное совпадение.
Аласания: Да, не очень лестная характеристика всего этого.
Теперь вопрос, который исходит не от меня, но я с такой постановкой вопроса согласен.
Люди считают, что Вы, человек влиятельный и с достаточно большими возможностями, к выборам отнеслись несерьезно, и работали «спустя рукава». Результат соответствующий. Это соответствует действительности?
Давтян: Вы знаете, я шел на выборы избираться. Я к выборам подошел серьезно, я хотел чтобы - «за» меня, или «против» - проголосовал народ, избиратель.
Я не был готов к махинациям, я не был готов к подлогу документов, я не был готов к лоббированию судейскому.
Я не был готов к тому, что, я даже не знаю, как это назвать, что против меня будут совершаться какие-то преступления. Я шел на выборы и насколько я знаю, тот человек ради которого все это на моем округе конкретно делалось – он победил, и набрал 1000 голосов. То есть, округ который имеет, если я не ошибаюсь 16 000 избирателей, одной тысячей голосов избрал человека, который будет 4 года, или не будет - еще вопрос не закрыт. Но к этому все шло и для этого все делалось.
Аласания: Я знаю того человека о котором Вы говорите….
Давтян: И я его знаю…
Аласания: Разумеется. Но я не могу сравнить его возможности с Вашими. Следует ли думать, что, по теории «заговоров», стоит за этим он один? Или есть еще что-то...
Давтян: Нет, конечно. Просматривается интерестная цепочка: тот депутат - бывший и пока еще настоящий - ради которого это делалось, это выдвиженец от организации «Новый Харьков - новые возможности».
Аласания: Андрей Гунченко.
Давтян: Андрей Гунченко. Тот кандидат в депутаты, ради которого сняли моего брата с выборов – это ставлеаник «Нового Харькова - новых возможностей». Тот кандидат в депутаты, ради которого сняли Николая Криволапова с гонки – это ставленник «Нового Харькова - новых возможностей». Вот Вам и новые харьковские и новые возможности. Может быть, это совпадение. Ну, если вы верите в такие совпадения… Я - нет.
Аласания: Я тоже не верю в совпадения, и мне не нравится вся ситуация. «Новый Харьков - новые возможности» победили Вас со всей Вашей командой. Так?
Давтян: Не победили. Обдурили! Обдурили – при помощи судей, юристов, адвокатов... Они готовились к выборам задолго до их начала.
Оппонент моего брата говорил: «Да что вы там за Давтяна, все равно я буду вашим депутатом»! Задолго до выборов мой оппонент говорил: «Все равно я буду депутатом». То же самое говорил оппонент Николая Криволапова. То есть, они были уверены.
Если бы не прошли судебные какие-то дела, была бы подтасовка на округах, или на комиссиях.
К этому мы были не готовы. Мы были готовы к работе: для округа что-то делать, что-то делать для людей - и делать дальше 4 года.
А к этому, да … Тут мы оказались не готовы. И, честно говоря, если бы вот все вернуть назад - ну, я бы наверное делал то же самое. Я бы не готовился вот к этим грязным делам, меня это не интересует. То есть, попасть в горсовет любой ценой - меня это не интересует. Вы знаете, я уже прожил большую часть своей жизни и меняться я не хочу и не буду.
Аласания: С другой стороны, Александр Сергеевич, Вы были готовы к честной борьбе, скажем так, и опять наступили на те же грабли - честной борьбы против Вас не было и 4 года назад. Вы ведь это знали.
Давтян: Нет. Вы ошибаетесь, 4 года назад, там было все нормально. Там… Ну, опять-таки, личные отношения. Там была партия, в которую входили люди, с которыми у меня были личные отношения. И была нормальная борьба.
Мы… если кто-то не помнит, это было 4 года назад, это была Либеральная партия – Партия труда, это был блок. В Харьковской области этот блок и эти партии не знал ни один человек - за исключением нескольких активистов. Мы за 2 или 3 месяца предвыборной кампании добились того, что либералы и Партия труда в харьковском регионе взяли значительный процент. То есть, с нуля, во всяком случае, если я не ошибаюсь, это было больше 3 %. Очень много. Это даже больший результат, чем сегодня у КОПов или у «Яблока».
Там не было против нас никаких … Мы не шли в горсовет, тогда мы не предпринимали таких попыток….
Аласания: А президентские выборы?
Давтян: А президентские, опять-таки, если бы повторилось все – 99 год, я был бы опять с той стороны. Хотя знал на 100%, что победить Кучму в первом туре будет невозможно.
Большую роль сыграл господин Мороз, который в конце концов развалил «Каневскую» четверку, а результаты могли быть совершенно другие. Когда к нам обратились социалисты, с просьбой помочь на этих выборах, я открыто сказал – «Вы знаете, если бы не господин Мороз, то страна могла иметь другого президента».
И если бы, те события, которые произошли 9 марта 2001 года, произошли бы раньше - перед выборами президента - был бы совсем другой результат. Господин Мороз со своими единомышленниками опоздали. Умышлено или не умышлено, я не знаю. Каждый должен догадываться.
Аласания: Поправка только одна – «товарищ» Мороз.
Давтян: Ну, для кого товарищ, для меня…
Аласания: Думаю, что и для Вас не господин...
Теперь вот что. Я достаточно давно Вас знаю и никак не могу понять – Вы по натуре революционер или Вы конформист?
Из выборов в выборы - Вы идете в политику и все время получаете не тот результат, который Вы хотели. Вы все время делаете то, что не нравится власти. Почему?
Давтян: Да потому, что власти, наверное, нравятся, покорные…
Один выкопоставленный господин сказал такую фразу: «В Верховном совете очень много ярких личностей, а нам нужны люди, которые просто будут нажимать кнопки - когда это надо».
Так вот, я считаю себя не таким, который будет просто покорно нажимать кнопку. Сказали так – есть, сказали, отрапортовали или там, договорились - нажимайте эту кнопку. Я бы нажимал так, как велит мне совесть, честь - поэтому в конце жизни становиться подлецом, наверное, было бы не првильно.
Аласания: Должен ли я это понять так, что Вы не огорчены результатом выборов в Верховную Раду…
Давтян: Абсолютно нет. Ну я знал, Вы понимаете, все видели, весь город - я абсолютно не агитировал за «Рух», я знал, что эта партия непроходная. Опять-таки, принцип - как бы это сказать - дружеского плеча, что-ли.
Руководитель партии «Центр» - мой товарищ и компаньон. И вот разговор: «Поможешь? - Помогу». То есть, я однозначно знал, что партия непроходная. Поэтому, если бы я видел, что это …. Я бы какие-то усилия не тратил на похождение в горсовет. Это глупо - идти и там, проходить и там и тут. Это было ясно с самого начала. Еще раз говорю - друзья попросили, и я согласился.
Аласания: Не означает ли такой результат Ваше исключение из общественной жизни города?
Давтян: Ну, я не знаю, с одной стороны я считаю, что моя предвыборная кампания еще не закончилась. Потому что абсолютно точно доказано, что меня сняли по сфабрикованным, фальшивым документам. Если закон позволяет восстановить справедливость, будем это делать. Дело-то я доведу все равно до конца.
Если нет - это не имеет значения. Сидеть в Горсовете или сидеть в своем кабинете – для меня это не имеет значения.
Аласания: Тогда вопрос. Он снова исходит не от меня, но люди интересуются у Вас, именно как у общественного деятеля. Где в городе, на Ваш взгляд, наиболее слабые места, провальные, и в какую сторону городу следует двигаться?
Давтян: Ну, Вы уже опоздали. Городу нужно выбирать честных депутатов. Вот провальное место. Самое провальное. Потому что в некоторых округах - и мы это знаем на 100% - депутаты были избраны только благодаря или махинациям или финансам.
Ну это же из области фантастики - когда социологические организации проводят соцопрос и, допустим, из 13 депутатов - один на первом месте, один на втором…
И тот человек, который там на 6 месте, за которого, по социологическим опросам, проголосуют в округе, ну, 200-300 человек, вдруг берет 3 000 или там 2 500 голосов!
Выборы прошли, все улеглось, и сами люди, которые там были, говорят: «Ну да, мне дали 50 гривень. А мне дали 30 гривень».
Люди свое будущее на 4 года продали за 30 гривень, 25, 50.
И это… я не знаю, как это назвать: или душу дьяволу заложили, или выпить в тот момент хотелось. Вот это ответ, вот это вот слабое место.
Слабое место - это то, что наш народ не готов к тому чтобы самому решать свою судьбу.
Если проржавела труба - ее можно заменить. Если прохудилась крыша - ее можно подлатать.
Души человеческие подлатать очень сложно. Вот это я считаю слабое место, а все остальное - все поправимо.
Аласания: Не слишком ли мрачно все это выглядит? Городу конец, жизни конец, политике конец…
Давтян: А мрачно для кого? Для меня – нет. Для тех людей, которые например, шли на выборы с бумажкой за коммунистов, где было написано: «в горсовет такой-то, в облсовет такой-то», и когда мы у этих людей спрашивали: «А за кого вы голосовали»? «Ну, я его знать не знаю». «Ну как же, он же был у вас депутатом. 4 года этот человек - коммунист - был у вас депутатом. Вы же только что говорили, что вам никто ничего не делает, и он вам ничего не делал, зачем же вы опять за него голосовали»? «Мы за коммунистов…»
Что таким людям можно сказать, я не знаю. Поэтому мрачно, для них это будет мрачно. Потому что эти люди не купят им квартиры, не починят ни трубы, ни крыши, не будут представлять их интересы в городе.
Это люди, которые будут 4 года заниматься своими делами. Это без разницы - коммунисты, не коммунисты. Коммунист тоже кушать хочет, тоже хочет где-то заработать - и будет это делать.
Аласания: Давайте пройдемся по большой политике. Лично у меня полная каша в голове, с нынешним составом Верховной Рады я ничего не могу понять. Как Вы оцените будущее страны - ближайшее будущее страны – перспективы? С таким составом.
Давтян: Честно говоря, та каша, которая у Вас - она у всех. И у меня в какой-то степени тоже.
И еще хотелось бы до конца понять, там осталось вроде бы 90 можаритарщиков, которых … к какому берегу их прибьет. То, что в парламенте нет сплоченного большенства, это уже видно сегодня - это точно.
То, что прошли определенные люди, которые будут… они шли туда в Верховный Совет, чтобы лоббировать свои личные интересы, это однозначно. И я считаю, что по составу этот Верховный Совет хуже, чем был до этого.
Опять-таки, это Верховный Совет, который определен нашим народом, это мы выбирали - пенять можно только на себя. Можно 20 раз говорить – «блок власти» давил кого-то, кого-то додавил. Ну если додавил тебя - то и кушай то, что тебе предложили. Почему во многих областях блок власти не сыграл основной роли? В нашей области… ну, не такой и плохой расклад получился. Все 14 можеритарщиков от «Еды», но это не самые худшие люди. Дай Бог, чтобы все-таки Господь их просветил, и они работали на благо Украины.
Ну, там настолько разношерстная компания, что трудно сказать, что будет в Верховном Совете.
Мы вчера созванивались с руководителями некоторых партий, это мои друзья, приятели, но они еще ничего не знают. Сами еще ничего не знают, еще расстановка сил непонятна.
Аласания: Кто будет расставлять?
Давтян: Верховная Рада.
Аласания: Вот этот котел, это все будет вариться, «по ходу пьесы» будет готовиться блюдо? Так?
Давтян: Да.
Аласания: И нет одного человека, который это все будет делать.
Давтян: Пока не вижу.
Аласания: Включая Президента?
Давтян: Вы знаете, получается такая ситуация: те депутаты, которых сейчас избрали, они в политическом плане переживают этого Президента. Они на 4 года, а президентские выборы, самое позднее - самое позднее - повторяю, через 2,5 года.
Я уверен, что выборы будут раньше. Иначе… То есть мой прогноз – если выборы состоятся в срок - то есть, в 2004 году, в ноябре месяце, то Президент - Ющенко.
Аласания: Вот так.
Давтян: Да, вот так. Да – это мой прогноз, я не знаю, может быть, субъективный.
Аласания: А если раньше?…
Давтян: Восточные регионы не хотят видеть Ющенко своим президентом, значит, надо делать выборы досрочные, ну, «российский вариант». Тогда есть возможность, ну, кого-то из тех людей, которых будет поддерживать восточный регион. А восточный регион – это 60-65% избирателей. Это сила. Надо договариваться с коммунистами. Обязательно. Без коммунистов, это опять-таки, может быть провал на выборах.
Аласания: Это Вы сейчас с точки зрения ныне действующей власти и преемника Президента?…
Давтян: Это точка зрения моя. Моя. Я не знаю… может быть наш Президент мыслит по-другому. Может быть Ющенко… Вот он недавно заявлял, что, мол, не хочет быть Президентом. Правда, не он сказал, а Плющ за него, что он не хочет быть президентом, что он хочет быть… вернуться снова к своей работе, то есть премьер-министром быть.
Аласания: Я сейчас вспомнил – в момент пребывания Виктора Ющенко здесь, в городе, и на канале - Вы заперлись в кабинете минут на 40.
Давтян: Да.
Аласания: О чем шел разговор у Вас с Виктором Ющенко?
Давтян: Ну, о разном. О картинах, о рыбках. Ему очень понравились мои картины, ему очень понравились мои рыбки. Виктор Андреевич большой знаток живописи, притом, Вы знаете, он знаток живописи и плюс еще - он знает рыночные цены. Для меня это было очень интересно, потому что многие люди говорят, искусствоведы, говорят: «Вот прекрасная картина, но сколько она стоит, я не знаю». Вот Ющенко знает!
У меня там есть несколько картин - не подписных, но хороших. Он сразу назвал школу, приблизительно век – то есть, он специалист. Больше всего, что его умилило – это рыбки.
Вы видели, в аквариуме у меня рыбки - обычные карпики, цветные - вот его от аквариума не могли оторвать долго и нудно. Мы говорили обо всем, о многом и обо всем.
Аласания: Хорошо, будем считать что Вы с Виктором Ющенко Вы говорили только о картинах и рыбках. Пусть это будет на Вашей совести…
Давтян: Я за это время общался со многими политическими лидерами. Поэтому у меня есть четкое представление - мое лично - будущего Украины…
Аласания: Ближайшего…
Давтян: Ближайшего. И к сожалению, опять-таки, как бы мы не говорили, что что-то произошло новое, я считаю, резких перемен не будет в ближайшее время.
Аласания: А то даже звучит мысль о войне между Западом и Востоком.
Давтян: Война за что?
Аласания: Гражданская война …
Давтян: За Чернобыль? За что драться?
Аласания: Восток и Запад сильно различаются…
Давтян: Да, у нас с Западом… на Западе – другой язык, другая культура, другая религия… И, как сказал мой близкий товарищ: все, что насильно соединено, все должно быть насильно разъединено.
Я, например, тоже Украину вижу - не сегодня, не завтра – федеративного устройства. И вероятно, это должно выглядеть вот так: Западная Украина, Центральная Украина, Восточная Украина и Крым. И в этом тоже ничего плохого нет, и в принципе это нормальное устройство многих стран в мире…
Аласания: Россия, например…
Давтян: Россия. Воевать – ну, а за что воевать? За то, что они хотят ходить в костел католический, а на востоке хотят ходить в православную церковь? Ну и ничего тут такого нет.
И они хотят говорить на украинском языке, ну есть такой вот – галицкий - а мы хотим говорить на русском, или на «суржике». Тоже ничего такого нет.
Если народ будет сыт, если промышленность заработает, предприятия заработают, тогда сам народ выберет - на каком языке ему говорить. Это абсолютно… Я, например, считаю это спекуляцией. Спекууляция политическая.
Аласания: Крайне любопытные оценки по поводу переспектив. Я бы тогда хотел залезть и в местную власть. Можете оценить перспективы? Скажем, председатель областной государственной администриции, Евгений Кушнарев, удержится ли он на своем посту по итогам этих выборов, как по Вашему?
Давтян: Евгению Петровичу за эти выборы орден надо дать. Те его, якобы помощники, которые на самом деле готовы вонзить нож ему в спину…
Я не знаю, наверное, Евгению Петровичу это известно. По итогам выборов, я так думаю, не должны дожидаться его отставки. То, что сделал Кушнарев в области, это, наверное, удалось еще только в Донецкой области. То есть, «блок власти», блок «ЗА ЕдУ», в Харькове превзошел все ожидания. 100%-й результат по мажоритарщикам, ведь Вы знаете , что 3 человека , которые были…
Аласания: Самовыдвиженцами…
Давтян: Нет, самовыдвиженцев там больше было. Там и Фельдман, и Давыдова…
Я имею в виду, 3 человека, где не победили выдвиженцы ЕДы - они тоже вошли в «ЕдУ». То есть, у Кушнарева 100%-й результат по мажоритарщикам, и, если я не ошибаюсь, 15% по партийным спискам.
Это на 4% больше чем в среднем по Украине, то есть наказывать его не за что.
Это, еще раз повторяю, то, на что надеялись те люди, которые якобы рядом, но которые хотели подтолкнуть в спину и самим наверное занять это место.
Поэтому результат по Харькову для губернатора нормальный. Его за это только повышать надо. Не знаю, куда, правда - уже мне это сложно прогнозировать.
В Харькове, в городе, результат прогнозируемый. Я в прекрасных отношениях с Сережей Потимковым. Я к нему очень хорошо отношусь. Но и в глаза ему - Вы этому свидетель - я ему говорил, что одно дело быть журналистом, последние 4 года быть политиком, другое дело быть мэром.
Мэр – это очень сложна работа, и сложная технически, это больше не политическая - техническая работа.
Я думаю, Шумилкин на своем месте. У него есть закалка - Дзержинский район. Район очень сложный, очень сложный. Поэтому при всем том, что было, я считаю, тут результат заслуженный и хороший, нормальный.
То, что касается выборов глав районных администраций, думаю что – то есть, не думаю, а оно так уже и есть - во всех районах главы администраций молодые, енергичные, ну, во всяком случае – моложе тех, что были.
Насколько я знаю, на сегодняшний момент – Дзержинский, Фрунзенский, Московский районы уже избрали своих председателей, теперь все зависит от депутатского корпуса. Если депутатский корпус будет такой же, как прошлого созыва, который давал разрешения на строительство «Макдоналдса», потом выходил с плакатами против него; если депутатский корпус будет мешать мэру претворять в жизнь то, что наметили; если будет также околпачивать людей, рассказывая басни про кредиты ЕБРР - мол, следующие поколения долги отдавать будут; если снова будет рассказывать басни о том, что землю нельзя продавать, а потом сам покупать; если будет рассказывать, что приватизировать нельзя, а потом сами приватизирует; у ГАИ, у все частных предпринимателей забирать парковки, потом сам с этих парковок разворовывать деньги… При том - наши с вами, это деньги налогоплательщиков! Их разворовывать, а потом эти деньги мешками носить в суд, чтобы принять решение в свою пользу. И эти же деньги пускать на свои предвыборные кампании...
Вот если такой горсовет будет и сейчас, то для города ничего хорошего быть не может. И мэру будет очень сложно проводить свои решения, если горсовет будет заниматься нечестными делами в своих сугубо личных, меркантильных интересах.
Аласания: Спасибо за ответ, наше время в эфире подходит к концу, но я знаю, что у Вас крепкие связи на «SIMON”е. Есть что-нибудь такое, что мы не упомянули и Вы хотели бы добавить?
Давтян: Мне проще отвечать на вопросы.
Аласания: Тогда два традиционных вопроса. Вы были откровенны во время разговора?
Давтян: Да.
Аласания: И последний. Видели ли Вы заранее вопросы и сюжет?
Давтян: Нет.
Аласания: Спасибо Вам.
| 
